Бывший выборжанин стал «корифеем» литературного перевода

Недавно в Петербургском Доме писателя прошла презентация книги Виктора Михайлова «Поэзия. Драматургия. Проза». Представить издание его инициаторы намеревались еще весной, но грянула пандемия. И ноябрьская дата оказалась в этом отношении не слишком  удачной: отметить выход книги Михайлова собрались немногие, в основном близкие автору люди.

Его самого,  к великому сожалению, нет на этом свете уже больше 30 лет. Сборник  произведений, куда вошли переводы стихов и прозы испанских, латиноамериканских, французских авторов, подготовили коллеги Виктора Николаевича. Книга вышла в серии «Корифеи художественного перевода. Петербургская школа», ее выпускает издательство  «Петрополис». В предисловии сказано: серия объединяет переводчиков, чьи произведения стали достоянием уникальной ленинградско-петербургской школы, сложившейся в  XX веке.

Больше полусотни имен зарубежных литераторов, с которыми  соприкоснулся в своем творчестве переводчик, вынесено на обложку издания. Мигель де Унамуно, Антонио Мачадо, Рафаэль Альберти, Николас Гильен, Рубен Дарио, Габриэла Мистраль – известные испаноязычные поэты. И знаменитые французы  - Поль Верлен, Артюр Рембо. Для нас эта книга примечательна еще и тем, что первые шаги на пути в большую литературу  ее автор сделал в Выборге.   

Виктор Михайлов родился 17 сентября 1941 года в городе Копейске, Челябинской области, куда была эвакуирована его мама. Отец, военный врач, был на фронте. После войны, вплоть до выхода в отставку Михайлова-старшего, семья немало поездила по стране, пока не поселилась в Выборге. Жили Михайловы на Крепостной, 11, в том самом многострадальном доме Говинга, который сегодня стал символом выборгской разрухи. Следующим адресом  стала Ульяновская, 16, кооперативный дом, куда семья перебралась в середине 60-х.

Книги, поэзия были главными спутниками его юности, и поиски себя, своего места,  Виктор связывал исключительно  с литературой, сделав целью поступление на филфак ЛГУ. До того, как стал студентом, трудился на простых работах, в частности, слесарем газового завода. В этом качестве в начале 60-х он пришел в литобъединение газеты «Выборгский коммунист», где собирались пробующие перо молодые люди. В старых подшивках газеты в подборках публикаций ЛИТО можно найти и  его фамилию.  Любопытный факт: некоторые свои стихи, которые мало соответствовали социалистической направленности, Михайлов выдавал тогда за… переводы малоизвестных иностранцев. Уличить его в хитрости  было некому – Интернет еще не придумали.  Но то, что  Виктор как бы предугадал свою будущую специализацию, символично.   

Печатали его  редко, может быть, пару раз. Понятно, что такие, к примеру, строки не могли появиться на страницах органа горкома КПСС:

Ужас -  ужинать – уживаться -
Ужиматься до нужных тар.

И не жаловаться – улыбаться,
Наживая зоб и катар.

 

Или такое:

И листья отшумели и опали,

И люди отшумели и ушли,

Забылись имена и стерлись даты,

И покосились ветхие кресты…

 

А тем более это:

Бьют  барабаны истории.

Трубачи-лихачи

 дуют,

 дуют,

 дуют

в горящие золотом трубы

бравурный военный марш.

И под истерику меди,

под звон литавр,

канониры замерли у орудий.

Это – неповторимо-торжественный,

величественный,

феерический салют

в память павших в будущую войну.

 

Жизнеутверждающие строки все же  попадали на газетную полосу:

Выборг, Выборг… Синий – синий,

Чистый – чистый майский свет.

Есть и больше, и красивей,

Для меня же лучше нет.

Можно сказать, что живя в Выборге, Виктор упорно  готовился  к литературному труду. Он наполнял себя чужими стихами – Мандельштам, Хлебников, Пастернак, Ахматова, Цветаева, Вознесенский, Бродский…, писал своё, экспериментировал со словом.  Был завсегдатаем городской библиотеки, которая тогда носила имя Крупской. Еще до университета взялся изучать испанский и читал в оригинале Гарсия Лорку, который стал одним из его кумиров. 

В ЛГУ имени Жданова, на испанское отделение филфака,  Михайлов поступил в 1966 году. О  ленинградском периоде его жизни в предисловии к книге подробно рассказал бывший однокурсник, друг и коллега Михайлова по переводческому цеху Виктор Андреев. Он и взял на себя роль составителя издания. По словам Андреева, у Виктора Михайлова осталось множество неизданных произведений. При жизни он был слишком скромным,  что называется – непробивным, мало заботился  о том, чтобы публиковаться и издаваться. Как всякий настоящий талант, к собственным творениям был предельно строг. «Творческий самоед» -  отозвался о нем Андреев.    

После университета была не только творческая работа, но и поденщина: Михайлов зарабатывал на жизнь техническими переводами с испанского, английского, французского. Кстати, был в его  биографии еще один недолгий период, связанный с Выборгским районом, когда он работал школьным учителем испанского языка в Светогорске.   

Эта книга избранных переводов –  первая и единственная, кроме нее были немногочисленные  публикации работ Михайлова в различных сборниках. А вот оригинальные стихи Виктора совсем не публиковались, а  их, как свидетельствует  Виктор Андреев,  в архивах его покойного друга – великое множество. Сочинять стихи было для него естественной потребностью, он неутомимо делал это всю жизнь. А жизнь  оборвалась несправедливо рано: он умер от инсульта 7 мая 1990 года, за несколько месяцев до своего 50-летия. Оставшись поэтом 20 века и ленинградцем.

Желающие познакомиться с книгой Виктора Михайлова найдут ее в краеведческом отделе  библиотеки Аалто.  Напоследок – одно небольшое стихотворение. Автор – Мигель де Унамуно, классик испанской литературы, перевод  В. Михайлова:
 

Хочу уснуть, как столетья
спят, и уснуть не могу.
В неоплатном долгу перед прошлым,
перед будущем – в большем долгу.

Смирнова Лидия Ивановна